Статьи

Священник Анатолий Куликов: О НЕОФИТСТВЕ

Священник Анатолий КуликовНеофитство – болезнь роста или счастливое детство церковной жизни? Как безболезненно для близких и родных людей пройти  путь воцерковления? Как избежать распространенных ошибок? Как не только не отпугнуть, но и заинтересовать окружающих верой?  Беседа с настоятелем храма святителя Луки (Войно-Ясенецкого) священником Анатолием Куликовым на радио «Воскресение»

–  Отец  Анатолий, у нас сложилась традиция, согласно которой неофитом считается человек, не пробывший в Церкви десяти лет. Но тут, наверное, дело вовсе не во времени.  Можно ли сократить этот период, или вообще его миновать?

— Порой неофитство рассматривается как некая проблема, болезнь роста. А я бы вот не стал столь категорично рассуждать. Вообще,  неофитство обязательно должно быть. Это действительно новоначальный период, и период, в общем-то, замечательный.

— Для неофита?

—   Конечно. Человека Бог приводит путями, Ему только ведомыми, к Себе. Человек приходит к вере, приходит в Церковь, начинает воцерковляться. Это удивительный период, детство определенное… А детство вспоминается большинством людей как что-то светлое и безмятежное. Вот и в Церкви очень часто такое бывает. Человек обретает веру, обретает этот мир, в котором он оказывается нужен, и нужен не кому-то, а Богу…  Когда ты видишь, что твои молитвы исполняются, при этом происходят какие-то чудеса, очень много чего открывается.  Для некоторых период новоначалия заканчивается сравнительно быстро, другие рискуют в этом состоянии  «застрять», и тогда можно говорить о проблеме духовного роста. Но не может человек оставаться в этом состоянии вечно, как чисто физически не может всю жизнь пребывать во младенчестве…

 —  И этот восторженный взгляд на жизнь уходит, получается? И ощущение Божией благодати, которая «обрушивается» на новоначального? Это ведь плохо…

 Вот и задача, получается, у человека:  духовно возрастать, но при этом сохранить доверительные отношения с Богом, как отношения ребенка со своим отцом… Помните, Господь говорит в Евангелии:  «Не будете как дети – не войдете в Царство Небесное».  Если у вас это детское доверие к Богу пропадет, вам будет очень сложно с Ним быть. Для ребенка  чудо – это что-то, само собой разумеющееся.  Отец Андрей Кураев говорил, что ребенок утром видит котенка, а вечером – Христа. И удивляется – а что, у вас, взрослых, не так? Детям гораздо проще свое сердце Богу открыть. А как у взрослого бывает? Надо, чтобы какими-нибудь скорбями Бог как консервную банку тебя вскрыл, чтобы наконец-то твоя душа живая открылась… Научиться доверительному отношению к Богу тоже бывает не легко. Сектанты предлагают: приди, уверуй, два притопа три прихлопа, и ты как-бы спасся. Нет, ничего подобного. Путь в Царство Божие узкий и тернистый, требующий  труда по спасению души своей. Но вот именно детское отношение к Богу – оно должно быть

о неофитстве

—  Бывает так: человек, открыв для себя мир православия,  слишком усердно начинает ходить на службы, исповедоваться, причащаться…. А его близким становится как-то страшновато: а не пойдет ли он завтра в монастырь вообще?  Новоначальный же, в свою очередь,  начинает оказывать давление на своих родных, убеждая их в своей правоте…

—  Да, случаются такие душевные порывы, особенно у молодежи… Когда, еще не научившись любить Бога, ты влюбляешься в Него, часто возникает стойкое желание уйти в монастырь, совершать подвиги…  Или, допустим,  начинаешь читать запоем какие-нибудь книги, жития святых, например, и кажется: «и я тоже ведь так могу». Еще сам себя не знаешь, ни своих сил, ни немощей, но выводы какие-то уже делаешь.

Но период духовной неопытности рано или поздно проходит, да и  Господь  человека не бросает: Он ему в жизни дает какие-то трудности, испытания, преодолевая или не преодолевая которые человек начинает узнавать самого себя. И тогда  кто-то все-таки уходит в монашество, научается Бога любить целиком и полностью, а для кого-то есть путь спасения в миру. Ну а в начале – да, многие из нас, однажды придя к Богу, потрепали нервы своим ближним.

Бывает, что человек пытается быть неутомим проповедником: всем говорить о вере, о Боге. Это замечательно, с одной стороны, но, порой, он делает это без чувства меры, ревнует не по разуму, или, прочитав пару-тройку книг аскетического содержания и изучив, как какая страсть называется, и какие грехи к ней относятся, начинает эти страсти и грехи замечать у других. При этом, совершенно не видя изъянов в себе самом. А ведь это неверно. И это, кстати, одна из проблем неофитства:  я сам себя еще не знаю, а начинаю исправлять весь окружающий мир, не исправляя самого себя. Когда человек духовно возрастает – по крайней мере, должно так случаться – он начинает меньше осуждать. Из каких соображений? Потому что когда начинаешь разбираться с собственными бедами и проблемами, то, извините, просто некогда  искать изъяны у соседа. И осуждение начинает прекращаться потихонечку.

о неофитстве

 Наверное, это достаточно естественное состояние для новоначальных, когда человек, приходя к вере, активно начинает миссионерствовать, при этом еще не умея применить полученные знания к себе, к своему внутреннему духовному состоянию.

—  И проку от этого, как правило, бывает очень мало. Если человек не накопил личного духовного опыта, то даже верные и правильные, но чужие слова, да еще сказанные с раздражением, осуждением, будут восприняты другими людьми негативно. Очень важно в таких случаях, чтобы рядом был более «трезвый», духовно более опытный наставник, который мог бы подсказать, где-то остановить, в нужное русло направить.

За что я еще Церковь люблю – за то, что все мы здесь не поодиночке, все вместе. Что, придя в Церковь как в общину людей, можно найти кого-то, близкого для себя. Начиная со священника и заканчивая каким-то знакомым, например. Я вообще не понимаю, как могут люди рассуждать, что могут спастись в одиночку. Я не представляю, как это возможно.

—  Отец Анатолий, может быть все-таки нужно постепенно новоначальным, воцерковляющимся людям входить в Церковь?

 Что значит постепенно входить?

Сначала я один раз в месяц хожу в храм, потом два раза, потом начинаю исповедоваться, причащаться, постепенно начинаю что-то для себя узнавать…

—   Да нет же…

 Бывает, что человек начинает слишком активно «внедряться» в Церковь, родственники пугаются, начинают вести «подрывную работу», и все – человек как-то охладевает в своем стремлении, и пыл, который был поначалу, угасает.

—  Мы не говорим сейчас про детей, которых папа с мамой за ручку в храм привели. Взрослый человек ведь не сам приходит к Богу – Господь приводит нас к Себе. Он дает сердцу человеческому Благодать почувствовать. Когда ощущение возникает  – у святых отцов это называется встречей – здесь нельзя выставлять какие-то мерки для человека: «туда ходи – туда не ходи». Нельзя человеку искусственно ставить преграды на пути в храм. Важно, как я уже говорил, чтобы рядом кто-то был. Кто бы помог тебе и не перегореть, с одной стороны, и других не обжечь этим своим огнем, который в тебе зажег Господь, чтобы все у тебя потом продолжалось. Ну а то, что «подрывная работа», родственники… Помоги нам всем Господь выстоять!

—   Как новоначальному себя вести, чтобы не только избежать конфликта с семьей, но и ближних подтолкнуть к приходу в Церковь?

—    Подтолкнуть можно только собственным примером. Семья – это образовательное учреждение, где можно научиться слушать другого и, в итоге, научиться его любить. Если хочешь, чтобы ближние пошли за тобой к Богу, живи так, как ты веришь, и тогда они пойдут. Все очень просто.

 Отец Анатолий, мы с вами говорим, что неофитство – это действительно замечательное состояние влюбленности, восторженности, если перевести на светский язык. Но многие годами ходят в храм и ничего подобного не испытывают. Получается, человек минует это состояние?
 А он еще в него не пришел, можно так сказать.

 А оно все-таки должно быть?

 Должно быть. Вера как нечто живое в человеке рождается с такого вот момента, «толчка», когда человек не просто через голову свою, не просто через какие-то волевые усилия что-то начинает делать, а когда он этого сердцем желает. Никто из верующих, наверное, не сможет до конца объяснить другим людям, почему он верит в Бога, почему он в храм пришел. Чаще всего можем услышать такие ответы, что Бог привел. Независимо от доводов разума ты сердцем вдруг понимаешь, что Бог есть, Он тебя любит,  что все, написанное в Евангелии – правда.  Это некий первоначальный толчок, потенциал, который Господь человеку дает по Благодати Своей.

Конечно, восторженное состояние, о котором мы с вами говорили, возможно, не у всех бывает. Все-таки мы разные люди, и каждый по-своему может это воспринимать. Но радость встречи с Богом, если эта встреча произошла, не забывается никогда.  Радость обретения веры, обретения смысла жизни…

 Ну бывает же, что человек исправно ходит в храм месяц, два месяца, три…а духовное зрение не открывается, чудес не происходит…

—   На все воля Божия

—   Но хотелось бы как-то почувствовать, что Господь меня все-таки услышал, заметил мое рвение быть с Ним…

Господь слышит. Именно в начальный период  Бог дает этому очень много подтверждений. Но не в виде спецэффектов. Это, скорее всего,  понимание того, что, когда ты молишься, ты не просто в воздух говоришь или в стену, а происходит отклик сердца на твои слова. Сложно применять опыт какого-то одного человека к другим, но все равно подобное происходит с каждым человеком, ищущим Бога. Иначе – поверьте – нас бы в храме, в Церкви не было совсем. Люди, приходящие в Церковь в зрелом возрасте, имеют, как правило, богатый житейский опыт и понимание, что уповая только  на свой рассудок, на свою логику, на свою волю далеко не всегда можно достичь поставленных целей, обуздать собственные страсти, изменить себя в лучшую сторону. А вот когда он действительно христианином становится не только по каким-то словам своим, а начинает жить по вере, то жизнь его постепенно налаживается, наполняется смыслом. Здесь можно сделать вывод, что Бог начинает человека за ручку вести. Кто-то это ощущает, кто-то нет. Кто-то это понимает сразу, кто-то позже – по-разному.

о неофитстве

—  Что же все-таки людей приводит в Церковь? Помогает сделать первый шаг?

 Божественная благодать. Есть же даже такое объяснение у святых отцов, они это действие называют «призывающая благодать».

—  Наверное, всем бы хотелось почувствовать эту «призывающую благодать», но очень мало кто может сказать, что он действительно ее почувствовал…

 Смотря что подразумевать под этим словом. Если некое восторженное состояние, то это бывает и опасно для человека. И здесь уже Господь на каждого индивидуально смотрит. Если человек сможет перенести эти восторги, даст ему Господь это поначалу.  В одном из своих интервью о. Андрей Кураев вспоминает, что  его путь к Богу начался с момента Крещения, именно в Крещении он испытал полноту радости. Такое вот особое состояние было ему Богом дано только один раз. Нечто единичное, уникальное, которое никогда уже не забыть, и с чем потом начинаешь все сравнивать. Как некий залог будущего райского блаженства…. Чтобы человек понимал, что оно реально существует, чтобы к этому потом стремиться. Но далеко не у всех бывает эта полнота радости. Потому что мы, современные люди, очень падки на всякую чувственность. Какие радости современный человек выбирает? Редко радости интеллектуальные. Какие ценности у большинства людей? По большому счету – сладко и сытно поесть, мягко поспать, поразвлекаться. Если такому человеку давать какие-то восторженные эмоциональные состояния – это может ему даже неполезно быть. Потому что потом он начнет искать не Бога, а каких-то ощущений. А читая святых отцов, мы видим, что это смертельно опасно, когда человек начинает гоняться за определенными состояниями. Он Бога должен искать, понимать, что в Господе это есть, и тогда это человеку дается.

—  Насколько полезны новоначальным людям всевозможные огласительные беседы, школы покаяния – все эти занятия в Церкви, где человеку по полочкам все раскладывают?

 Человека надо воспитывать. Церковь должна заниматься воспитанием каждого человека, который в нее приходит. Этим самым питать и ум его, и сердце.

—  Святитель Григорий Богослов называл «воинствующих» христиан – неофитов «не в меру православными людьми». А вообще можно ли быть человеку «в меру православным»?

Конечно, несомненно.

— То есть все-таки какая-то мера существует?

Когда человек начинает видеть свои грехи как песок морской, как говорил один из святых отцов, значит, он начинает духовно выздоравливать. Когда человек «не в меру православный»? Когда он начинает фарисействовать. Сам себя не знаю, а всех вокруг начинаю исправлять. Сам при этом кажусь себе хорошим…причем, знаете каким? Потенциально хорошим. Человек думает: «сейчас я, понятно, не живу как афонские монахи, но мне стоит только захотеть, и тогда точно все будет: и жизнь равноангельская, и т.д., и т.п. Сейчас пока мне некогда, не хочу. Но ближнего-то надо исправлять!»  Вот это – не в меру православный.

— Бытует мнение, что у людей новоначальных много искушений на пути…Претензии близких людей мы воспринимаем как вражеские козни, и , перешагивая через своих родных, уверенной поступью в храм и приходим. Полезно ли нам такое?

—  Что в нашей жизни может произойти, если того не попустит любящий всемогущий Бог? Ничего! Бог вездесущий, он всегда и везде, во всех отрезках нашей жизни присутствует. Все, что с нами происходит – происходит по Его благой воле. Еще раз скажем: «благая воля» – значит, она направлена на благо, на добро. В чем проблема-то тогда? Мы начинаем бояться каких-то козней диавольских, забывая о том, что диавол без попущения Божия вообще ничего не может сделать.

—  Нет, мы порой их даже не боимся, мы наоборот ждем, говорим, что чем больше искушений, тем я крепче в вере становлюсь…значит, я особо православный, раз мне так препятствуют?

Это ненадолго, поверьте мне. Такие рассуждения о себе как о каком-то непобедимом воине, как правило, до первого мало-мальского испытания. Потом проявляется какая-то маленькая даже немощь, и человек начинает понимать, что он «вовсе и не супермен».

—  Отец Анатолий, а можно ли все-таки дать некий универсальный рецепт людям, приходящим в Церковь? Тем, кто разумом заставляет себя вычитывать длинные молитвенные правила, надо-надо, и…все на этом.  Какой может быть рецепт, универсальный путь, чтобы человек пришел надолго? Может быть, не испытав этого состояния восторженности, но в Церкви остался?

Универсального рецепта нет… Cколько нас, и все мы разные, какая здесь универсальность?  Господь основал Церковь, чтобы все мы были вместе. Если ты желаешь к Богу идти, — не оставайся один, ищи единомышленников, ищи людей, которые бы с тобой в одну сторону глядели. Святые отцы говорят, что великое для человека счастье – иметь духовника. Исповедуйся почаще. Советуйся со священником.  Ну а все остальное… Господь не даст человеку ни пропасть, ни погибнуть, ни больших ошибок совершить, если горение у него искреннее, не связанное ни с какой корыстью.  Если к Богу сердцем стремишься, даже если где-то ошибаешься…

— То есть с этого все может начинаться сразу, а сердце потом «подключится»?

—  Это по-разному бывает. Не все люди на самом деле истину ищут головой своей. Кто-то просто способен ее чувствовать сердцем опять же.

—  Но если человек с трудом заставляет себя встать на молитву, ходить в храм – это нормально?

А почему он себя заставляет? Что-то его побуждает к этому, правильно?

— Ну, может быть, потому что «все умные люди ходят»? Может, и я когда-то почувствую то, что их приводит, для меня тоже это откроется?

Пусть будет так. Но не у всех такое бывает, сразу надо сказать. Очень хорошо, чтобы для кого-то пример умных людей был таким руководством к деятельности.

— То есть, все-таки, понуждать себя надо?

Конечно. Без понуждения вообще ничего не сделается. Под лежачий камень вода не течет, это совершенно однозначно. Господь порой дает первоначальный толчок, зовет человека к себе, дает ощутить, понять благодать – сердцем ли, рассудком ли – но это вначале. Потом человеку надо самому трудиться, трудиться обязательно.

— А нельзя сказать, что Церковь у нас «болеет» неофитством? Слышала такое высказывание.

Про Церковь такое сказать нельзя. Потому что Церковь имеет Богочеловеческую природу, она не может «болеть неофитством».

— Может ли духовный кризис стать сменой нашего состояния: от неофитства к «в меру православному» человеку?
Глубокий философский вопрос, что есть духовный кризис? Когда человек начинает испытывать в себе некий духовный голод, и понимает, что так, как он живет, дальше жить нельзя, нужно что-то другое, что-то настоящее, то все возможно. А может он и «застыть» в состоянии неофитства, если перестанет духовно развиваться. И в итоге потеряет все, что Господь ему дал. Когда человек вздрагивает: «Как я живу, для чего я живу? Вроде человеком неверующим себя назвать не могу, но и не вижу плодов веры в своей жизни», то такой духовный кризис может послужить ему только во благо.

— То есть все-таки неофитство – это благо, особенно когда оно служит для нашего дальнейшего духовного роста.

Как детство, да.

— Когда оно не становится фарисейством.

Конечно.

— Спасибо большое, отец Анатолий. В завершение беседы благословите всех наших слушателей.

Бог да благословит всех нас.

В эфире радиоканала «Воскресение» беседовала

Полина Митрофанова

Оставьте комментарий