Статьи

Священник Анатолий Куликов: «У нас одна надежда – на Господа и друг на друга»

Как человек приходит в Церковь? Какие проблемы приходится решать при строительстве храма?  Как организовать приходскую взаимопомощь? Как прямой эфир с Президентом России повлиял на судьбу маленького прихода на окраине города?  Читайте интервью со священником нашего храма Анатолием Куликовым.

Соборование

– Отец Анатолий, расскажите о том, где Вы родились, где прошли Ваши детские годы.

– Родился я в Пермской области, но жил там совсем недолго. Мои родители окончили Уральский лесотехнический институт и по роду своей деятельности переезжали из леспромхоза в леспромхоз. Из Пермской области мы уехали на север Свердловской. Из-за постоянных переездов в детстве ощущения малой родины у меня нет: нет чувства, что где-то есть мои корни. Детские сады я менял очень часто. Школу оканчивал в поселке Андриановичи, недалеко от города Серова.

В 1995 году поступил в Лесотехнический институт в Екатеринбурге, хотя особой тяги к техническому образованию у меня не было. Этот шаг был данью семейной традиции. Проучился 2 года на самом древнем факультете института – лесоинженерном, а затем ушел в академический отпуск, из которого на учебу уже не вернулся. Потому что нашел нечто более важное для себя.

– Как это произошло – приход к вере?

– Не скажу, что как-то внезапно. Интерес к духовному – точнее, первоначально к чему-то мистическому – появился года за 3-4 до этого. Еще в школе читал фэнтези и прочую подобную литературу. Хотелось что-то испытать на собственном опыте.

Помню, в детстве, как маленький пионер, говорил, что Бога нет и быть не может. С прабабушкой своей об этом спорил. Однако, хорошо запомнил один случай: однажды что-то натворил, иду домой, как на казнь, и только молюсь: «Господи, помилуй; Господи, помилуй…». И, действительно, Господь дал – все спокойно было дома, обошлось. Тогда это на меня не повлияло, а позже осознал, что это была помощь Божия.

Жил, особо не помышляя о Боге. Слышал, что есть грехи, что они душу грязнят. Думал, что и у меня они тоже, наверное, есть, что надо от них очищаться, но как это делать, не знал. Стал сам в себе говорить: «Господи, прости!» Это уже в старших классах школы было.

В общем, в голове «каша» была, смесь непонятных взглядов на жизнь, язычество сплошное. Но все эти поиски послужили толчком для того, чтобы прийти в храм.

– Вы тогда уже были крещены?

– Окрестила меня в младенчестве верующая бабушка.

– А в поселке в храм ходили?

– Церковь в Андриановичах развалили в 20-30-х годах. В Серове, куда ездил к бабушке, в храм никогда не ходил.

Первый храм, который я посетил в Екатеринбурге, был Вознесенский. Желание зайти в церковь присутствовало всегда, но долго не решался, потому что не знал, что там делать, как себя вести…

Однажды зимой с товарищем проходили мимо храма Вознесения Господня, и он предложил зайти. Мы зашли – кругом леса, темно, грязно, цемент в углу насыпан, стоит единственный подсвечник. Товарищ свечку купил, я тоже, постояли на службе. Первый шаг был сделан, дня через два я съездил в храм и купил себе крестик. Тогда уже было желание быть с Богом. Молился Ему в трудных ситуациях.

Через некоторое время мне в руки попала «Православная газета» (тогда алтарники Пантелеимоновского храма газеты разносили по близлежащим окрестностям, в том числе и в Лестех, и в общежитие). Прочитал – понравилось. С тех пор сам стал брать газеты. Внутри зрела необходимость знать больше.

Потом еще один чудесный случай произошел. Снимал я комнату у одной бабушки на Синих камнях. Как-то заметил у нее среди прочих книг Библию. Делать было нечего, решил почитать. Начал читать Ветхий Завет, сначала довольно увлекательно показалось, читал быстро, а потом запутался, неинтересно стало. Когда же я начал читать Новый Завет, то меня вдруг охватило чувство, что я домой попал. Казалось, что стал дышать, будто из душной комнаты вышел на свежий воздух. Не особо понимал, что читаю, но было чувство упоения, полноты какой-то. Читал я месяца 2-3, перечитывая по нескольку раз отдельные моменты. И вот так, сердцем, принял все христианство сразу. Такое чувство дал Господь, открыл Себя через Писание. Самое главное, что я не просто читал, а понял, что хочу жизнь свою менять.

Время шло. Иногда я ездил в Вознесенский храм. Стоял на службе минут двадцать и уходил, потому что она казалась непонятной и длинной. Я думал, что службы круглые сутки идут. Священнослужители мне представлялись людьми необыкновенными. Помню один комический момент: когда дьякон кадил храм, я вдруг увидел на его ногах обыкновенные туфли. Это был шок: «Как?! Они ходят в обыкновенной обуви?!»…

Утреннее и вечернее правила читал минут по сорок, и так это притягательно было, такую полноту жизни чувствовал!

Первое мое Причастие было совершенно незаконным. В один из Богородичных праздников, осенью, приехал в храм Вознесения к началу службы. Когда пришло время причащаться, все пошли, и я пошел… Что это такое, я не знал. Ничего удивительного в себе не обнаружил. Наверное, Господь мне это Причастие дал, чтобы посеять Свое зерно.

Постепенно появилась потребность в исповеди, а как это сделать, не знал.

И вот однажды сижу в институте, и так тоскливо на душе стало! А тут еще надо на пару по философии идти (этого мне совсем не хотелось, так как преподаватель нам сразу заявила, что в Бога не верит). Сбежал с лекции и поехал искать храм целителя Пантелеимона, про который раньше слышал.

В храме св. вмч. Пантелеимона и была моя первая исповедь. Честно готовился к ней целую неделю, по совету батюшки все грехи записал на листочке. Отдал отцу Владимиру эту бумажку, а у самого коленки дрожат… Батюшка разрешительную молитву надо мной прочитал. Думаю: «Неужели – все?» Оделся, вышел из храма. И тут меня «пробило»: было такое ощущение, будто таскал на себе 100 килограммов, и вдруг с меня их сняли. Я буквально скакал от радости! На следующий день пошел причащаться. С тех пор стал ездить в храм св. вмч. Пантелеимона каждое воскресенье и на праздники.

Перед Великим Постом меня благословили в алтарь. Очень волнительно было. До сих пор помню слова о. Владимира Зайцева: «В алтаре и мыслей посторонних не должно быть, не то, что слов».

Все свободное время я проводил в храме. После летней сессии на втором курсе уехал в Нижний Тагил трудиться в храм Святой Троицы, который дали в настоятельство о. Димитрию (Байбакову). Должность моя называлась «смотритель»: в обязанности входило следить за порядком в храме между службами. Это был очень интересный период в жизни, можно сказать, время церковного взросления. Очень не хотелось уезжать оттуда, но на следующий год пришлось – был назначен смотрителем в молитвенную комнату свв. Космы и Дамиана при Областной клинической больнице №1. И после рукоположения в священный сан я служил в тех же родных для меня храмах – Свято-Троицком, Космы и Дамиана и Пантелеимоновском.

– Но рукоположению, надо полагать, предшествовало венчание?

– В августе 1999 года мы с матушкой друг друга заприметили. Вскоре получили благословение на брак. Через месяц после венчания, на Сретение Господне, меня рукоположили в дьяконы.

В 2002 году в нашей семье родился сын Ванечка. В 2001 году мы ездили с матушкой в Дивеево, молились об этом Серафиму Саровскому, Божией Матери.

– Матушка Татьяна, кандидат наук, не вписывается в рамки привычных представлений о женах священников.

– Матушка – химик по образованию. В конце 90-х – начале 2000-х годов, после окончания университета не побоялась идти учиться дальше, в аспирантуру. Тогда у нее как у аспиранта была стипендия всего около 800 рублей. Академия наук была нищей организацией. Молодых ученых не было. Но, слава Богу, сейчас государство стало вкладывать деньги в науку, потому и молодежь остается, появляются в науке светлые головы. Вот и супругу свою я считаю светлой головой. Сейчас она в Институте металлургии, в своем направлении является ведущим специалистом. Она человек очень целеустремленный и трудолюбивый. Если берется, то делает дело до конца, всегда очень качественно. Не может что-то забросить, недоделать. Это понимают, это ценят. Знают, что можно на нее положиться, за ней не нужно проверять.

Честь ей и хвала и как жене, и как матери, и как другу. Могу сказать, что с супругой мне очень повезло.

– Отец Анатолий, Вы являетесь ведущим передачи «Читаем Евангелие вместе с Церковью» на телеканале «Союз». Как Вы «попали в телевизор»?

– Это произошло 3 года назад. Телеканал «Союз» является общественным, он открыт для мнений своих зрителей; на форуме «Союза» и на страничке телеканала «ВКонтакте» постоянно высказываются какие-то предложения, обсуждаются изменения. Возможно, как раз подобное обсуждение привело к тому, что однажды отец Димитрий (Байбаков) (руководитель Информационно-издательского отдела епархии, настоятель храма во имя вмч.Пантелеимона – прим.ред.) решил поменять формат передачи.

Хорошо помню, как осенним утром мы с о. Евгением Попиченко перед службой стояли в киоске Пантелеимоновского храма, говорили о чем-то своем. Мимо нас стремительно проходит наш отец-настоятель, неожиданно останавливается и говорит мне: «Будем делать из тебя звезду». И пояснил, что мне предстоит стать ведущим передачи «Читаем Евангелие вместе с Церковью». Всерьез я это не воспринял, подумал, что он шутит. Но через некоторое время включаю телеканал «Союз» и вижу на экране отца Димитрия, который вышел в эфир со своим очередным отчетом перед зрителями, анонсом изменений и событий на канале. И слышу, как он сообщает, что передачу «Читаем Евангелие вместе с Церковью» будет теперь вести священник Анатолий Куликов. Звоню ему, спрашиваю: «Батюшка, как так?». Он в ответ смеется: «Давай, готовься, первая запись – в ближайшее воскресенье».

– Наверное, приходится очень много читать в связи с этим послушанием?

– Сперва казалось, что достаточно прочитать зачало Евангельское, а затем пересказать, что там св. Феофилакт Болгарский об этом пишет. Оказалось, что не все так просто, что знать труды одного Феофилакта Болгарского недостаточно. Поэтому за три года у меня дома скопилась большая стопка толкований святых отцов. Приходится много читать, заниматься, более вдумчиво к этому подходить. Для меня как для священника, конечно, в этом большая польза.

– Сложно говорить о Евангелии перед телекамерой?

– Всегда волнуюсь, когда еду на запись, прошу всех за меня молиться. Не вижу в себе каких-то талантов, качеств, чтобы Священное Писание озвучивать. Но отношусь к этому как к послушанию, которое не могу оставить. Пока оно есть, буду с Божией помощью продолжать, в этом вижу Промысл Божий относительно себя.

– А еще Вы состоите в списке участников проекта «Батюшка онлайн» социальной сети «ВКонтакте»

– Я участник этого проекта, но не очень активный из-за нехватки времени. Кроме того, очень много стало поступать вопросов личных, на которые во всеуслышание отвечать, по моему мнению, не стоит. В таких случаях прошу направлять свои вопросы на мою страницу «ВКонтакте», там по силам и отвечаю. Конечно, такая переписка не заменит храм, не заменит живое общение с пастырем. Но может стать первым шагом в верном направлении.

– Отец Анатолий, еще одно Ваше послушание (наверное, самое главное) – послушание настоятеля храма во имя святителя Луки. Не знаю, есть ли вообще приходы с простой, малоинтересной историей, но у этого храма она уж точно примечательная.

– Идея о том, что в микрорайоне Компрессорный должен быть храм, витала давно. Где-то с 2002 года в день памяти святителя Луки на месте сегодняшнего строительства храма начали совершаться молебны. Затем была официально зарегистрирована община – юридическая сторона вопроса была выполнена трудами отца Флавиана (Матвеева) и отца Владимира Зайцева. Но для того, чтобы приход реально существовал, нужно в первую очередь богослужение. Со службой долгое время не получалось – не было помещения. Обошли тогда весь район. Устроиться было некуда. А помещение нужно было светлое, не подвальное.

Господь так промыслительно устроил, что руководство Компрессорного завода, услышав о нашей нужде, выделило нам комнату. Силами завода это помещение побелили, покрасили, подготовили иконостас и отдали приходу. Помещение очень маленькое, двадцать квадратных метров. Но начали служить, и все были очень рады, что такая возможность появилась. В 2005 году в День жен-мироносиц была совершена первая Литургия.

– Как же Вы служили в таком малом помещении?

– Ну, как… Летом причащать выходил на крылечко. Вспоминаю архиерейскую службу – такое ощущение, что Господь тогда просто расширил пространство. А было это так. Приближался день святителя Луки. Недели за две до этого я был у владыки Викентия и пригласил его к нам – посмотреть на наш приход, благословить прихожан, послужить молебен святому Луке. Архиерей сказал, что будет у нас служить Литургию. Я ему говорю: «Владыка, Вы не влезете». А алтарь у нас в то время был такой, что я не мог одновременно закрыть обе сворки Царских врат – не помещался между Престолом и Царскими вратами. Приходилось вначале одну створку закрывать, перемещаться, потом другую. В алтаре два человека могли находиться, а троим уже было тесно. А архиерейская служба – это владыка, пара дьяконов, пара иподьяконов. Это уже как минимум пять человек. Еще алтарников было двое, плюс я – получается восемь человек. Хотелось еще наших Пантелеимоновских отцов позвать – то есть, всего человек десять. А десять человек туда вообще нереально вместить. Возникло решение: срочно двигать иконостас, расширять алтарь. Сдвинули его всего на 20 сантиметров. Ситуация в целом не сильно изменилась, но, по крайней мере, Царские врата стало возможно закрывать. Владыка приехал, и каким-то чудом все влезли и послужили.

– Сколько же прихожан вмещалось в эти двадцать квадратных метров?

– Однажды ко кресту подошло 90 человек. Это в том числе и с улицы зашли, и детей принесли. А так человек 40 можно было вместить, но приходилось стоять так плотно, что не было возможности перекреститься. Это был кошмар, особенно летом – духота, жара. Но люди светились от радости. А как же! Это же наше, родное!

Но осенью 2006 года нас оттуда выгнали. У Президента страны был прямой эфир с народом. А на втором этаже этого здания занимался детский патриотический клуб. Одна девочка из этого клуба каким-то чудом дозвонилась. Рассказала про свой клуб и его проблемы. В этот же день приехала городская комиссия посмотреть, в каком таком страшном помещении занимаются дети. Комиссия увидела, что здание в аварийном состоянии, удивилась, что в нем есть электричество, вода, тепло. Распорядилась все срочно закрыть-опечатать. Детям быстро нашли другое помещение. А нас уведомили, что здание закрывается. Но мы решили служить до последнего. Вначале у нас отключили воду. Мы решили, что много воды нам не нужно, и стали приносить ее с собой. Потом отключили тепло – мы стали использовать обогреватели. А потом и свет отключили. Дело подходило к декабрю, без света служить никак не получалось. Тогда мы было подумали, что история прихода святителя Луки приостановилась. Но Господу было угодно иное.

Месяц служб здесь не было. Я служил в Пантелеимоне, прихожане также стали смиренно ездить туда. А потом нежданно-негаданно произошла встреча с человеком, который оказался готов нам помочь, и которому мы по сей день благодарны. Директор компании «Сортсемовощи» Светлана Андриановна Носова узнала, что приход нуждается в помещении, и таковое нам предоставила. Там сейчас и располагается наш храм.

Когда я зашел туда впервые, впечатление было, что это спортзал. Большие окна и высокие потолки – наверное, со школы у меня это вызывает ассоциацию со спортзалом. На стене был налет древесной пыли в сантиметр толщиной. По всему помещению стояли большие, зеленые, старые чугунные станки, валялись стружки, балки, деревянные детали – наследие бывшего арендатора. Стоял полусумрак, потому что и на окнах тоже лежал толстый слой пыли. Словом, в первый момент восторга я не испытал. Зато потом, когда прихожане все это вымыли, побелили и покрасили, когда наши бабушки повесили шторки – все стало прекрасно. Мы переехали, сделали алтарь, иконостас. И на Рождество 2007 года здесь служилась первая Литургия.

– А в настоящее время строится новое здание храма – не приспособленное, а настоящее?

– Да, мы сразу же стали заниматься вопросами строительства нового постоянного храма. Очень много времени ушло на решение всех вопросов с землеотводом, очень долго делался проект. Но в настоящий момент есть все необходимые документы. Летом 2011 года владыка Викентий заложил первый камень в основание храма, благословил, и сейчас идет стройка, на которую мы собираем средства.

– Много сложностей со строительством?

– Главная сложность – финансовая. Для стройки нужны миллионы, где их взять? Спонсорскую помощь проще получить, строя храм где-то в центре города, мы же в этом смысле находимся в невыгодном месте. Здесь у нас мало кто бывает, на спонсорскую помощь надеяться сложно. Одна надежда на Господа, да друг на друга.

Еще сложность – когда началось строительство, пошли на нас какие-то жалобы в прокуратуру. Но не зря подготовка так долго длилась. Все документы собраны, все законно. А то, что кто-то пытается действовать против – Бог им судья.

– Батюшка, чем, помимо решения строительных проблем, живет сегодня приход святителя Луки?

– В настоящее время у нас идет организация добровольческого служения. Пытаемся помогать друг другу. Началось все с идеи о том, что Церковь очень многим помогает, а свои прихожане бывают заброшены. У нас в храме много людей и пожилых, и немощных – кто им поможет, кроме нас самих? Кинули клич – определиться, кто чем может помочь, и кто в чем нуждается. И люди отозвались.

Бывает, что бабушки храм не посещают, потому что сами дойти не могут. Но у нас есть прихожане с машинами, с их помощью мы этот вопрос решили. Например, старенькую матушку Екатерину, которой тяжело ходить, посадили в машину, привезли в храм. Кто-то пришел к ней один-два раза в неделю, суп сварил. Она и не нарадуется. Семья у нас есть, где мама осталась одна с тремя детками. Ей тоже всем миром посильно помогаем. Все проблемы это не решает, но помощь они ощущают.

А раз внутри прихода стало получаться, решили и другим помогать. В частности, включились в деятельность Сестричества милосердия в 36-й травматологической больнице. В помощь к ним уже организовались пятеро наших прихожанок. Да и мы с отцом Димитрием Муравьевым (еще один священник прихода – прим.ред.) эту больницу стараемся окормлять.

– А воскресная школа есть в приходе?

– Есть. Она претерпевает постоянные изменения. Сейчас ее программа состоит из трех предметов. Занятия у нас коротенькие – по 20 минут на каждый предмет. Чтобы людей не утомлять, чтобы было желание в следующий раз прийти снова. Отец Димитрий разбирает с народом Символ Веры. Следующий предмет, который ведут ребята-алтарники – это апостольское чтение воскресного дня. Евангелие мы еще худо-бедно читаем и знаем, и на службе слышим. А чтение Апостола проходит малопонятным фоном. Можно провести эксперимент – любого прихожанина остановить после службы и спросить, что там сегодня в Апостоле читалось? Скорее всего, если и слушал, то не понял. Мы решили эту ситуацию исправить. Поэтому на воскресной школе разбирается чтение апостольское, которое было в этот день на службе. Третий урок веду я. Предмет для меня уже привычен – это Евангельское чтение. Для меня воскресная школа – это не только способ подачи информации, но и возможность пообщаться с прихожанами вне богослужения.

– Еще один способ общения с прихожанами – ответы на вопросы во время проповеди?

– Завели мы в храме ящичек, на котором написано: «Вопросы священнику». Люди свои записочки туда опускают. В воскресенье после службы я озвучиваю то, что скопилось за неделю и отвечаю на эти вопросы. Считаю, что это полезно. Не все набираются духу спросить о чем-то у священника напрямую, но вопросы у людей есть. Иной раз проще задать их на бумаге.

– Это вопросы теоретические или по каким-то жизненным ситуациям?

– Вопросы очень разные. Бывает по какой-то ситуации. Бывают вопросы, на которые сходу не могу ответить. В этом честно признаюсь, откладываю ответ на следующее воскресенье. Бывают каверзные богословские вопросы. Подключаю к ответам и отца Димитрия. Он у нас сейчас заочно учится в семинарии, книжек много читает.

– Уверен, что среди наших читателей есть люди, почитающие святителя Луку (Войно-Ясенецкого), да и просто милостивые люди. Как они могут помочь строительству храма?

– Наверное, самый простой способ пожертвовать на строительство храма – приобрести «именной» кирпичик. Это можно сделать в храме по адресу: г. Екатеринбург, ул. Карельская, 52, тел.236-31-07. Либо подойти в ближайший офис Сбербанка с паспортом и сделать перевод на карту Сбербанка РФMaestro номер6761 9600 0390 830041 (дата окончания до декабря 2016 года.) . Те, у кого есть сбербанковская карта, эту операцию могут выполнить самостоятельно через банкомат или терминал Сбербанка.

Минимальное пожертвование на 1 кирпичик – 100 рублей (за имя). Это не только участие в строительстве храма, но и сугубая молитва за того, чье имя указано при пожертвовании – за родных, близких, за усопших родственников. Это единственная возможность церковной молитвы за некрещеных людей как за строителей храма. Пока сделан цокольный этаж. Уложены блоки. На них написаны имена первых жертвователей.

 Наталья Гарагуля и Олег Васюнин

Источник:

Журнал Екатеринбургской Епархии «Православный вестник»

Оставьте комментарий